— Шевелитесь там, ленивые ублюдки! Нам еще шагать и шагать до расслабухи! Ункерлант не больно-то велик, да только все дороги в нем идут зигзагом!

— Этот парень думал и еще кое о чем, — заметил Теальдо, пиная труп ункерлантца в бок. — О том, как замедлить наш марш-бросок.

Панфило сорвал с головы шляпу и отвесил шутовской поклон:

— Благодарю вас за объяснение, маршал! Или вы, похоже, претендуете на трон короля?

— Не стоит благодарности! — величественно отмахнулся Теальдо. Пикироваться с сержантом было бесполезно. Да и показывать ему, что проиграл раунд, тоже.

И они снова зашагали вперед, на запад, ориентируясь на столб дыма, указывающий на ближайшую горящую деревушку. К Галафроне подскочил юный лейтенант с перемазанным сажей лицом:

— Вы ведь прикажете своим людям выбить оттуда остатки ункеров, сударь?

Галафроне нахмурился:

— Мне не особенно хочется этим заниматься. Я бы оставил их в тылу и потом разбирался. Если мы будем тратить силы на каждую задрипаную деревушку, то у нас не останется людей на конунга Свеммеля.

— Но если мы всех их оставим в тылу, они ударят нам в спину, — возразил лейтенант. Он уже решил для себя, что, кроме чина капитана, Галафроне больше ничем не заслуживает уважения. Губы молодого офицера презрительно изогнулись. — Я и представить себе не мог, что соратнику нужно объяснять азбучные истины!

Галафроне мощным ударом сбил его с ног. Как только парень начал подниматься, ветеран дослал еще удар — от всей души, — и лейтенант снова растянулся на земле.

— Я и представить себе не мог, что в наши дни сопляков не учат уважению к старшим чинам, — спокойно заметил капитан. — Надеюсь, этот урок пойдет вам впрок!

— Сударь… — всхлипнул лейтенант. — Есть, сударь!

На этот раз Галафроне позволил ему встать. Прежде чем снова заговорить, парень набрал полную грудь воздуха.