Ливень закончился так же внезапно, как и начался. Небо, отмытое потоками воды, уже не просто было чистым и прозрачным, а блистало, словно тщательно отполированный голубой карбункул. Море снова успокоилось, и бухта казалась огромным зеркалом, оброненным на землю древним божеством-великаном.

Притихшие на время ливня птицы затрещали, зачирикали, запели на разные голоса; где-то вдалеке громыхнул гром – ливневая туча постепенно уползала к горизонту, теряя по дороге упитанность и цвет. Теперь среди темной сини начали появляться фиолетово-розовые, по краям позолоченные облачка.

Шестеро «новых робинзонов», мокрые и напуганные буйством тропической стихии, вышли из-под деревьев и начали бестолково слоняться по пляжу. Постепенно хаотические блуждания приобрели некую осмысленность, и все собрались вокруг оставленных продуктов.

– Эй, чтоб я сдох! – вскричал вор. – Спички! Идиоты, вы забыли про спички! Теперь нам точно капут…

В едином порыве все бросились к котлу, в котором лежала упаковка спичек. Вернее, она уже не лежала, а плавала – котел был почти до половины наполнен дождевой водой.

– Хана, – резюмировал вор, достав один из раскисших коробков. – Эти падлы дали нам полное дерьмо. Спички этой фабрики и сухие-то не горят как следует.

– Нужно подсушить, – робко предложила одна из девушек, блондинка.