С почтой он получил в день рождения восемь поздравительных открыток, счет за телефон и официальное письмо на бланке министерства внутренних дел. Письмо гласило: "Уважаемый Ян Мирошник, тест Штарка показал полное отсутствие в твоей крови генов, характеризующих еврейское происхождение. Как показало расследование, твой отец был по национальности русским, а мать - украинкой. Еврейские метрики твоей матери, хранящиеся в архиве министерства, оказались подделкой. В связи с изложенным, ты не можешь быть признан евреем, твое израильское гражданство аннулируется с 21 марта 2024 года, и тебе надлежит покинуть территорию государства Израиль в течение 48 часов."

Хороший подарок ко дню рождения!

- Расисты и нацисты! - круто выразился Ян на чистом иврите, поскольку другого языка не знал отродясь. Русскому его родители не обучили, а английским он не пользовался принципиально.

- Пожалуйся в БАГАЦ, - посоветовали друзья, пришедшие вечером выпить за здоровье именинника славного вина "Кармель". Совет был пустой, как голова члена Кнессета, - на кого должен был жаловаться Ян? На умерших родителей, которые рванули в Израиль, прикупив метрики? На МИД девяностых, не разглядевший подделки? Или на формулировку Закона о возвращении, принятую в 2020 году после изобретения теста Штарка?

Утром, когда Ян еще лежал в постели, соображая, что делать - то ли выпить, то ли срочно продавать дело, то ли вовсе повеситься, - раздался звонок в дверь. Ян поплелся открывать и увидел сразу двух посетителей миловидную девушку, представившуюся репортером из "Га-арец", и здорового бугая из министерства внутренних дел, пришедшего проверить, как протекает у Яна Мирошника процесс репатриации на историческую родину.

- Пиши, - сказал Ян корреспондентке, - вот он (кивок в сторону бугая) напомнил мне о том, что я на самом деле уезжаю домой. В Россию. Я всегда чувствовал, что Израиль мне не родной. Одни кабланы и банки сколько крови попортили. Теперь я понял: это во мне говорил голос предков.