* * *

А Ника в тоске и отчаянии писала письмо подруге. С кем еще могла она поделиться своим оборвавшимся сном, несбывшимся чудом? Мама ей не поверит и будет права. Отец просто не станет слушать «девчоночьи бредни». А Ирина… Она старше всего на два года, но успела выйти замуж и уехать в дальний гарнизон со своим лейтенантом. Почти на край света… Неужели и она не поймет? Тогда и сама Ника должна убедить себя, что не было ничего, кроме грез… Ничего! Иначе как жить дальше?!

Накинув пальто, она вышла на улицу, бросила конверт в почтовый ящик и вернулась домой — в двухкомнатную квартиру на седьмом этаже. Поужинала вместе с родителями, подготовилась к контрольной по физике. В половине десятого включила телевизор. Но вот фильм кончился и Ника ушла к себе, в маленькую комнату со старинными часами, где никто не мешал ей грустить в одиночестве, беззвучно глотая слезы, от которых «тускнеют звезды».

Пора было укладываться спать. Стрелки дрогнули, приближаясь к двенадцати. Маятник качнулся и замер на какую-то долю мгновения.

…Горячая рука Кина сжала ее ладонь.

— Я за тобой… — голос его прерывался. Серебристый комбинезон был порван в нескольких местах.

— Я готова, — выдохнула она, не успев ни обрадоваться, ни испугаться.

— Подумай, — выдавил он глухо. — Это навсегда. Возврата не будет. Я заблокирую колодец Времени и мы останемся там…

— И нас никогда не найдут, — прошептала Ника, впервые поняв, ОТКУДА явился Кин и КУДА он ее зовет. — А здесь нам нельзя? — подняла на него глаза с мольбой и надеждой.

Он качнул головой — отчаянно и виновато.

— И даже с моими проститься? — в ее голосе была безнадежность.

Он не ответил, закрыв лицо ладонью. Ника тихо заплакала, уткнувшись ему в плечо…

Часы бесстрастно отсчитывали отпущенные мгновения. Полночь и три минуты…