Пан Янек решился наконец отворить запаянную горловину колбы и убедиться, безвозвратно ли погиб Философский камень, как это представлялось ему при взгляде на колбу снаружи. Дела и впрямь обстояли именно так, если не хуже. Вязкое вещество, образовавшееся внутри колбы, не годилось даже для склеивания горшков, ибо воняло так отвратительно, что обa мага, привычные к самым что ни на есть едким запахам, вынуждены были отворить окно.
- Что же теперь? - вопрошал брат Августин, сoкрушенный настолько, что у него переставало биться сердце и прерывалось дыхание, отчего его бородатaя физиономия обрела поразительный фиолетовый оттенок.
- А теперь мы начнем все сначала,- произнес пан Янек Кукань из Кукани.
- Но ведь это - целых семь лет труда! - возопил монах, задыхаясь.
На это пан Янек ответствовал великолепной формулой, которую история влагает в уста самых знаменитых своих мужей:
- Именно поэтому мы не вправе терять ни секунды.
ПРЕДСТАВЛЯЕМ ШЕСТИЛЕТНЕГО ПЕТРА
Они и впрямь не стали терять ни секунды, однако работать им пришлось не семь, но полных шестнадцать лет, пока они добились своего, то есть, выражаясь точнее, свежеизготовленным Философским камнем - малюсеньким зернышком, покрытым воском,- произвели первое превращение обычного свинца в чистое золото, о котором золотых дел мастер на Златницкой улице, по преданию, высказался в том смысле, что, дескать, за всю свою долгую жизнь он не видывал и не встречал золота лучшего качества; позволим себе наперед заметить, что факт этот преисполнил впечатлительного брата Августина волнением столь сокрушительным, что его слабое больное сердце остановилось навеки, и он умер прекраснейшей из смертей, которую только можно пожелать человеческому существу,- смертью от величайшей радости.
Ибо оказалось - и они убеждались в этом на каждом шагу,- что предшествующая работа над Великим творением - разумеется, если сбросить со счетов неудачный финал, произошедший по вине внезапного забытья пана Янека,протекала при исключительно благоприятных обстоятельствах, так что какие-то там семь лет, затраченные на нее, представились им чистым мгновеньем.