Джо Тиллер вошел к себе в квартиру и, снимая шляпу, поймал на себе взгляд дородной женщины средних лет, лущившей горох.

— Входи, — сказала она изумленному Джо. — Энни пошла готовить ужин. Да ты присаживайся.

— Но кто… — начал он, взглянув на нее.

— Я — маменька Перкинс, — засмеялась она, раскачиваясь.

Хотя она сидела на обычном стуле, а не в кресле-качалке, ей все же удавалось на нем раскачиваться. У Тиллера закружилась голова.

— Зови меня просто маменькой, — вкрадчиво сказала она.

— Мне знакомо ваше имя, но…

— Не беспокойся, сынок. Скоро мы с тобой сойдемся накоротке. Я к вам в гости — поживу, наверное, годик.

С этими словами она довольно рассмеялась и высвободила очередную горошину.

Тиллер бросился на кухню и столкнулся с женой.

— Откуда, черт возьми, взялась эта слащавая старушенция? — возмутился он.

— Из радиопередачи, — с улыбкой сказала жена. — Да ты ее знаешь: маменька Перкинс.

— И что она здесь забыла? — выкрикнул он.

— Тсс. Она пришла оказать нам помощь.

— Помощь в чем? — Он пристально посмотрел в направлении той комнаты, где сидела маменька Перкинс.

— В делах, — неопределенно ответила жена.

— А где мы ее поселим, черт возьми? Она ведь должна где-то спать или нет?

— Ну конечно, — ласково сказала Энни. — Кстати, радиостудия от нас в двух шагах; вроде бы на ночь она будет уходить туда.

— Зачем ее сюда принесло? Это ты ей написала? Ты мне не говорила, что вы с ней знакомы, — распалился он.

— Неужели не говорила? Я уже давно слушаю ее передачу, — сказала Энни.

— Это не имеет никакого значения.

— Ну как же? Мне всегда казалось, что маменьку я знаю едва ли не лучше, чем тебя, — возразила жена.