— Я прячусь кое от кого.

— От кого?

Он зажмурился сильнее, и на его лице появилась гримаса боли.

— От одного плохого существа, которое хочет меня убить. Нет, даже хуже. — Он содрогнулся.

— Но если ты вампир, ты ведь уже мертв? — спросила Ханна со знанием дела.

Она почувствовала, что страх отступил. Как можно его бояться, если он сам испуган до смерти?

— Это не совсем так. Скорее, я прожил долгую жизнь. Очень долгую, — пробормотал гость. — Это наш дом. Я помню камин на первом этаже. Я сам разрисовал тарелку.

Должно быть, он имел в виду старую пыльную тарелку, висевшую рядом с камином; она была такой старой и грязной, что никто не обращал на нее внимания.

— Кто охотится за тобой? — спросила Ханна.

— Это слож…

Не успел он договорить, как оконная рама задрожала, словно кто-то или что-то изо всех сил пыталось прорваться внутрь.

Парень вскочил и на мгновение растворился в воздухе. Затем, тяжело и часто дыша, снова появился около двери.

— Что это? — дрожащим голосом спросила Ханна.

— Он здесь. Он нашел меня, — резко ответил гость, нервный, напряженный и готовый бежать, но все же оставался на месте, не сводя взгляда с дрожащего стекла.

— Кто?

— Плохое… существо…

Ханна встала и пристально посмотрела сквозь стекло. Снаружи было темно и тихо. Неподвижные голые деревья, похожие на скелеты, торчали на заснеженном берегу скованного льдом моря. Луна заливала пейзаж холодным голубоватым сиянием.

— Я никого не вижу… О! — Она отпрянула, словно ее ударили кинжалом.

Она увидела ЭТО. Нечто. Из темноты на нее смотрели багровые глаза с серебристыми зрачками. За окном парила какая-то темная масса. Она чувствовала его ярость и неистовое желание пробраться внутрь. Оно хотело войти, пожрать, насытиться. «Ханна… Ханна…» Оно знало ее имя! «Впусти меня… Впусти меня…»