Слова оказали на нее гипнотическое действие; она двинулась к окну и начала отодвигать щеколду.

— ОСТАНОВИСЬ!

Она обернулась. Парень стоял в дверях, на его лице застыло напряженное и безумное выражение.

— Не делай этого! — воскликнул он. — Он именно этого и хочет. Чтобы ты позволила ему войти. До тех пор пока окно закрыто, никто не может сюда проникнуть. И я в безопасности.

— Что это такое? — проговорила Ханна; ее сердце отчаянно билось.

Она отдернула руку от щеколды, но продолжала вглядываться в темноту. Там никого не было, но она чувствовала его присутствие. Он находился поблизости.

— Это тоже вампир. Как и я, только другой. Он… сумасшедший, — объяснил гость. — И пьет кровь у своих собратьев.

— Вампир, который охотится на вампиров?

Парень кивнул:

— Знаю, что это звучит глупо…

— Он… сделал это с тобой? — спросила Ханна, проведя пальцами по ранам у него на шее.

На ощупь раны оказались засохшими. Ей стало жаль его.

— Да.

— Но с тобой все в порядке?

— Думаю, да. — Он опустил голову. — Надеюсь.

— Но как ты смог войти? Ведь тебя никто не впускал, — удивилась она.

— Ты права. Но мне это не нужно. Когда я пришел, дверь была открыта. Во многих домах были открыты двери, но я смог войти только в этот. Поэтому я и решил, что нашел его — дом моей семьи.

Ханна кивнула. Это было разумно. Конечно, он мог войти в свой собственный дом. Стук в стекло прекратился. Гость облегченно вздохнул:

— Сейчас он ушел, но скоро вернется.

На его лице было написано такое облегчение, что она забыла обо всем.

— Чем я могу тебе помочь? — спросила Ханна. Она больше не чувствовала страха. Мать всегда говорила, что она создана для чрезвычайных ситуаций. Здравомыслящий и надежный человек. Из тех, кто способен вонзить кол в сердце монстра, но не будет звать на помощь, лежа на рельсах. — Что тебе нужно?