Разговор закончился, и экран погас. Тед развернулся в жене.

— Ты слышала?

Равелин кивнула: она слышала, но не прислушивалась. Она была занята изучением меню, присланного сервисной службой фирмы, которая обслуживала их стол.

— Не хочется ничего тяжелого после такого ланча. А у них опять симулированные синтетические водоросли.

Тед буркнул:

— Ничего нет лучше живой синтетики.

— Но у нас всех был изобильный ланч...

— Не беспокойся обо мне, мам! — пропела Юджен. — Я иду гулять с Руни.

— О, ты идешь? И где вы собрались гулять, могу я спросить?

— Путешествовать вокруг земли. Мы ловим семичасовой экспресс, так что мне нужно поторопиться.

— Потом прямо домой, — сказала Равелин строго. — Не гуляй больше нигде.

— Ради неба, мама, ты что, подумала, я собираюсь сбежать или вроде того...

— Запомни, что я говорю, мисс Киска. Я тоже когдато была девочкой. Ты взяла с собой лекарства? — Да, я взяла лекарства.

Юджен вышла, Тед опять ускользнул в нишу.

— Кого ты вызываешь теперь? — спросила Равелин.

— Ламстера Ульварда. Хочу поблагодарить его за прекрасный ланч.

Равелин согласилась, что водоросли с маргарином заслуживают изъявления вежливости.

Тед позвонил, выразил благодарность, а затем, как бы подумав, к случаю упомянул о человеке, ставшем собственником целой планеты.

— Целая планета? — переспросил Ульвард. — Она, должно быть, обитаема?

— Нет, я так понял, что нет, ламстер Ульвард. Подумайте об этом! Подумайте об уединении!

— Уединение! — воскликнул Ульвард. — Мой милый мальчик, что ты называешь этим словом?

— О, естественно, ламстер Ульвард — у вас-то ведь и без того есть настоящая достопримечательность.

— Планета, должно быть, очень дикая, — рассудил Ульвард. — Занятная идея, конечно — если есть вкус к подобного рода вещам. Кто этот человек?