– Три дьявола на борту еще живы, – доложил Скотти, выходя на мостик из турболифта. – Наглотались дыма, как собаки. Так им и надо!

Шотландец сразу же направился к шипящей рулевой консоли.

– Где они? – спросил Кирк.

– В лазарете. Не сомневаюсь, доктор Маккой подлечит их для допроса.

Кирк продолжал пристально смотреть на монитор, на экране которого маячил поверженный корабль клингонов, ставший могилой для всей его команды, за исключением троих.

– Зачем они это сделали? – вслух спросил Кирк. – Конечно, они оспаривают наше право на этот сектор. Но нападать на нас? Мы всего лишь предупредили их о нарушении границ Федерации.

– Это же клингоны, – раздраженно заметил Скотти. – Чего еще от них можно ждать?

– К чему им понадобилось рисковать своими жизнями? Они прекрасно знали, что у них нет шанса победить. Зачем драться за сто кубических световых лет вакуума?

Мистер Спок, до этого безмолвно занимавший свой пост, неожиданно заговорил:

– Мы отвоюем эту пядь земли, В которой есть не выгода, но имя.

– Что-что? – переспросил Кирк.

– Это из «Гамлета», – сказал вулканец. – Шекспир понимал психологию воина. Вот эта армия, тяжелая громада, Ее оружья мощь с землей смешает.

Она, опасность, смерть – все, презирая, Готова драться из-за чепухи, – он замолчал, затем продолжил:

– Или, как сказал бы поэт клингон, капитан, для драки годится любой предлог.

– Пускаешься в циничные рассуждения, Спок?

– Нет, капитан, это всего лишь мои наблюдения. Я не раз видел, как действуют клингоны. Их поступки не логичны, но вполне предсказуемы.

– Ты хочешь сказать, что я мог избежать этого боя? – спросил Кирк.

– Да нет, капитан, как раз наоборот: раз уж мы столкнулись с клингонами в спорном секторе, схватка была неизбежна.

Но Кирку от замечания первого офицера легче не стало. Можно было найти другой способ, вместо того, чтобы палить друг в друга. Они были похожи на детей, играющих в пиратов, с той лишь разницей, что потери оказались реальными.