— Кого черт несет в такое время? — удивилась Ирина и, сев на кровати, ногами стала искать тапочки.

— Спроси кто, — сонно посоветовал ей я.

— Сам не желаешь открыть? — упрекнула она меня.

— Щас! — сказал я и перевернулся на другой бок.

Но сна, как вы понимаете, уже не было ни в одном глазу. Я шумно вздохнул и одним рывком поднял свое жаждущее отдыха тело с постели.

До двери мы с женой дошли одновременно.

— Кто там? — спросила Ирина.

И началось…

— Ирина, пожалуйста, откройте, это я, Таня Зеркалова! — раздался голос с лестничной площадки, в котором явственно ощущалась паника. — Мне нужен ваш муж, Турецкий, пожалуйста, Ирина, откройте, у меня горе, мне нужна помощь, я умоляю вас, откройте, пожалуйста!

Ирина вопросительно посмотрела на меня. Голос был мне знаком, и хотя сейчас, в эту минуту, он был почти до неузнаваемости искажен плачем, я практически сразу узнал Таню Зеркалову. Кивнув жене, я открыл дверь и тут же машинально отшатнулся назад, потому что Таня ворвалась в квартиру со скоростью метеора. И хотя, как она говорила, нужен ей был я, тем не менее на грудь она бросилась почему-то не ко мне, а к моей жене.

И отчаянно, в голос, зарыдала.

— Ну что вы, — пробовала успокоить ее Ирина, растерянно поглядывая на меня, — ну что вы, успокойтесь.

Таня плакала, не в силах произнести ни слова. Я подошел к женщинам и тронул ту из них, которая плакала, за плечо.

— Тань…

Ночная гостья тут же оставила в покое Ирину, повернулась ко мне и, сменив таким образом объект, зарыдала с новой силой.

Мне ничего не оставалось делать, как гладить ее по волосам и повторять, словно заведенный, в точности то же, что делала моя жена.

— Ну что ты, Таня, — приговаривал я как попугай. — Ну что ты, успокойся.

Плач только усиливался, и в конце концов мне это надоело. Я решительно отстранил ее от себя и встряхнул за плечи.