— Тогда что ты будешь делать, когда мы вступим во владения Сицерии?

— Я набрала достаточно силы, чтобы продержаться некоторое время, если буду вести себя осторожно.

— А если нет?

— Тогда я не смогу больше притворяться волшебницей. Сицерия узнает, что я всего лишь простая земная ведьма, и наш план провалится.

Грегор наблюдал за ней, припухлость и краснота уже начали спадать, дав ему открыть глаза.

— Ты выглядишь намного лучше. А чувствуешь себя как?

— Лучше я себя почувствую через три дня. Все это время мне придется любоваться твоей спиной.

— Никогда бы не подумала, что тебе это не в радость.

Грегор снова сел в седло, и они двинулись между сосен. Верхушки сосен перешептывались и бормотали высоко над их головами, забрасывая их сосновыми иглами. Джесс ощутила первый прохладный импульс магии, чужой магии. Она подняла щиты, отключившись от земли, но при этом огородившись от того, что ждало их впереди.

Лошади нервно забили копытами у подножия горного хребта. Сквозь деревья медленно сочился туман. Солнечный свет, пронзая его, отражался искрами от обледенелых деревьев. Летная листва чернела и крошилась, покрытая льдом. Мороз и снег плавно сползали к подножию горного хребта.

Джесс взглянула на шумящие ветки над своей головой. Пожелтевшие иголки осыпались на лесную подстилку.

— Определенно работа элементали или демона.

— Считаешь, мы можем заключить сделку с демоном?

— Наш план на том и держится.

— Что, если он не согласится?

Она улыбнулась ему.

— Тогда, Грегор, мы узнаем, действительно ли плачет ли Бог Магнус кровавыми слезами.

— Я не планировал встретиться с ним так скоро.

— И я. Давай вынимать зимнюю одежду.

Пот сочился по спине вдоль хребта Джесс. Меховой капюшон был тяжелым. Грегор ждал рядом, струйки пота прокладывали неровные дорожки в мази на его лице.