Джесс вложила нож в ножны, поскольку необходимость в нем отпала. Очень немногие люди могли вот так повелительно действовать на Джесс.

Старуха повернула к ней сердитый взгляд своих глаз.

— Ты собиралась причинить ему боль?

— Ты не раскрыла бы тогда себя.

— Хорошо, зато теперь я раскрылась, девочка. Чего ты хочешь? Предупреждаю, если то, что ты скажешь, не равносильно его боли, ты будешь наказана за свою грубость.

Джесс поклонилась, не сводя глаз с женщины. Она ощущала Грегора неподалеку и заметила блеск клинка в его руке. Таким образом заклинание повиновения распространялось только на нее и хозяина таверны. Это стоило запомнить.

— Я жажду смерти Сицерии Безумной.

Женщина искала глазами на Джесс место, куда ударить. Джесс знала, что сейчас она взвешивает все «за» и «против». Тут старуха рассмеялась неожиданно молодым смехом для такого старого тела.

— Убийцы. Двое убийц.

Джесс и Грегор неловко переминались, потому что ничем не могли опровергнуть ее слова.

— Мы не…

— Не лгите, кто бы вы ни были. У меня есть дар распознавать правду. — Прервала старуха.

Джесс сглотнула. Это очень редкий талант, который помогал распознать любую ложь, как мирскую, так и волшебную.

— Мы пришли в этот город без ложных отговорок. Если вы Видящая-правду, то вы знаете, о чем я говорю. Я должна убить Сицерию.

Лицо женщины было торжествующим, когда она на них смотрела.

— Вы верите тому, что говорите, это правда. Но говорить об ее убийстве и действительно ее убить, вещи разные.

— Это так. Мы ищем информацию, которая помогла бы нам в нашем деле.

— Вы можете ее убить? — спросил Эстебан.

Джесса посмотрела на него. Его глаза были переполнены горем потери.

— Да, я Убийца Магов, и она не будет первой волшебницей, даже десятой не будет, из тех, что я убила.