— Боже, что за чушь!

— …для Мангуста главный вовсе не второй уровень — и даже не третий и не четвертый, — а самый первый. Именно потому, Стив, что, как ты справедливо заметил, это и есть человеческая жизнь.

После этих слов в воздухе повисло молчание Пожилой господин выгреб из кармана штанов оставшиеся камешки и швырнул в песок. Пунцовое солнце висело над океаном, будто не решаясь окунуться. Под стерильно синим небом стояли двое мужчин в архаичных синих одеждах.

— Да ты у нас философ, — произнес наконец пожилой господин. — И с такими нелепыми речами ты думаешь одолеть Змея?

— Запросто.

— Хвастун. Тебе далеко до Неудержимого, а он…

— А он плохо кончил.

— Но Змея убил!

— И где он теперь? Что с ним стало?!

Пожилой господин как-то вдруг сник, плечи его опустились, и стало заметна, что он очень-очень стар.

— Жаль, ты его не знал, — произнес он тихо. — Он был Воин. Думаю, вы могли бы стать друзьями. А что с ним стало?.. Этого, боюсь, мы никогда не узнаем. Я не должен был отпускать его: он не вполне еще окреп.

Молодой человек дотронулся до плеча учителя.

— Брось, ты же не мог все время его опекать.

В глазах пожилого господина гнездилась тоска.

— Разумеется, — усмехнулся он криво, — то же и с тобой. Совершу ритуал посвящения и уйду.

— Какого черта! — воскликнул молодой человек. — Стив, я же не в том смысле..

— Все, пора заканчивать, — жестко перебил его учитель. — Сократим обряд до предела. Выдержишь испытания, выберешь имя своей Сущности, затем я нареку тебя Мангустом и уйду. Это мое право: я устал. Я невыразимо устал.

— Но, Стив…

— Приступим! — Пожилой господин властно поднял руку, оторвался вдруг от земли и повис в воздухе, словно сидя в кресле. — Готов ли ты к посвящению?