− Да?! – жена почти кричала.

− Это я. Любимая, ты не припомнишь, этот мужик, который тебя преследовал, не говорил, как его зовут?

− Ты что, издеваешься?!

− Нет, я абсолютно серьезно. Напряги, пожалуйста, память. Он говорил, что его зовут Вадим?

− Да, говорил! Но я не понимаю! Что это меняет?! Ты хочешь сказать, что он знает, как зовут нашего сына, этот маньяк?!

− Поговорим позже. Ты вызвала милицию?

− Конечно!

− Отлично, – снаружи послышались шум и крики. Я выглянул в окно и увидел, что на улице организовалось что-то вроде несанкционированного митинга. Верховодил действом параноик Арцыбашев. Орал и брызгал слюной: «Не допустим! Не дадим! Нет бомбе!» Толпа волновалась и требовала крови. Моей крови. Так и знал, что до этого дойдет.

− Пусть он выйдет, пусть расскажет, что здесь строит, – распинался Арцыбашев. – А мы послушаем.

Очень вовремя…

− Я перезвоню, – сказал я и отключился. Схватил за воротник подростка. Тот уже совсем пришел в себя, валялся на линолеуме и чесал в затылке.

− Ты кто такой?

− Внук твой, – буркнул он. – Виталик.

− Ого! – Тут я и сел. В прямом смысле. Присел на пол рядом с ушибленным лопатой внуком из будущего, чувствуя, как в голове у меня начинает бить колокольным звоном – тревога, тревога. Ситуация явно вышла из-под контроля. Причем, сразу после запуска. Я даже не успел ничего толком предпринять, как оказался вовлечен в круговерть событий.

Я посмотрел на паренька новым взглядом. Пожалуй, он даже был на меня похож. Такой же высокий лоб, как и у меня, голубые глаза чуть навыкате, вздернутый нос и тощий – весь в дедушку.

− Болит? – поинтересовался я, впервые проявив участие.