— Вы — начитанный мальчик, Леня, спасибо за сведения. Но, между прочим, здесь люди не базаром жили, они думали о том, как до Марса долететь.

— Братанчик ваш Тархов, как мне кажется, всегда больше думал о приятных сторонах жизни. Не зря же он служил секретарем комсомольского горкома, а сейчас — зам Гунякова по фонду.

— А вы спекулянт. Вы Родиной торгуете. Мне про вас лейтенант Хоробров рассказывал, — перешла в наступление Елена.

— А вы Родиной даже торговать не умеете, поизносилась она вашими стараниями. Если бы у вас Марс был отчизной, там и песок стал бы в дефиците.

— Казнокрад.

— После вас мало что в казне осталось.

— Вы, Леня — буржуазный хищник.

— А вы, Лена — красный микроб.

— Перекупщик.

— Да уж у вас не перекупишь, все тут схвачено.

Она несколько замешкалась, а я вежливо помог.

— Еще скажите, жидовская морда. Это вы быстро научитесь произносить.

— Нет, морда у вас ничего, — неожиданно откликнулась Елена. И стало ясно, что предыдущей перепалке она никакого особого значения не придавала. Я ведь не задел ее женских достоинств.

— И у вас отличная. Фигурка тоже потрясная. Может махнем в лес, за грибками, ягодами и прочими фигами-мигами? Вы в красной косынке, коса болтается, я в ермолке с развевающимися пейсами. На велосипеде поедем, говорят он половое влечение снижает.

— А если вдруг увеличивает?

— Тогда лучше сходим куда-нибудь вечерком, потанцуем. Я отлично чувствую музыку — словно у меня в одном месте скрипичный ключ. Кроме того я классный плясун. В самом деле, у меня ноги виртуоза.

— Не верю, вы косолапый… Ладно, вот вам мой телефон, позвоните сегодня в семь вечера.

— Меня можно на "ты".

— Не засни, Леня, раньше времени.

Как же, засну я. Едва моя цыпочка за ворота, я к телефону. Собрался гипотезу проверить насчет Цокотухина. Не лежит ли его книга сейчас в типографии. Вместо Степиной. А поскольку редакция газеты по совместительству является и издательством, то рукопись Цокотухина к производству должны готовить именно там.