— У-у! — Наташа сделала радио погромче. — Классная песня! Я твоя раба… твоя раба… — запела она, отчаянно фальшивя.

— Тебе нравится Бритни Спирс?

Андрей даже замедлил скорость.

— А что? Здорово поет… — уставилась на него Наташа.

— Да нет, ничего, — отвернулся он. — Просто раньше ты говорила, что таким Спирс место в ростовском ресторане…

— Я?! — шутливо ужаснулась Наташа.

Наконец, время от времени переругиваясь, они доехали до ее дома.

— Зайдешь? — подмигнула Наташа.

— Донесу чемоданы, — сдержанно пообещал Андрей.

Едва они зашли в коридор, Наташа бросилась на него, оторвав в пылу несколько пуговиц с его рубашки.

— Я так хочу тебя! — лепетала она. — Я так соскучилась!

— Наташа, — испуганно бормотал Андрей. — Ты что… Ты такая… Ах…

Они свалились на пол прямо в коридоре. Наташа кое-как сорвала брюки, вылезла из одного рукава блузки, а Андрей так и остался в штанах и разодранной рубашке. «Я не занималась этим двести лет! — думала она восхищенно, уворачиваясь от его слюнявых поцелуев. — А она? — размышляла Наташа о своем новом теле. — Позавчера? Не помню, не помню..

О Боже…» Но минут через пять она заскучала. То, что делал Андрей, ей не нравилось. Он слишком сильно сжимал грудь, а его губы, наоборот, были вялыми. Он то тряс ее, как грушу, то не вовремя останавливался и снова лез к ней мокрыми губами. В первый раз за двести лет с такой бездарностью!

— Малыш, ты как? — спросил он, остановившись. — Что-то не так?

— Да! — оживилась Наташа. — Не называй меня «малыш», не облизывай шею, не верти соски, не делай этих ужасных резких движений бедрами, не части, не сопи в ухо: «Ты чудо!» — не задирай мои ноги себе на плечи, прекрати щипать меня за задницу и не валяйся на мне, как на диване..

— Эй, ты куда?

— Ты точно сошла с ума! — выкрикивал Андрей, сражаясь с входной дверью. — Раньше тебе почему-то все нравилось!