Дикий дус обошел их так, чтобы тоже защитить Дункана от ветра. Вокруг них сразу стал образовываться песчаный вал. Дункан лежал, прижавшись к своему дусу и жадно хватая воздух измученными легкими. Но он все же нашел в себе силы достать сумку и вытащить пакеты с сушеной пищей. Сначала он припал губами к фляге, почти пустой, и лишь после этого смог жевать и глотать сушеное мясо.
Его дус потянулся к нему, требуя свою долю. Дункан предложил ему кусок мяса. Массивная голова склонилась к его руке и взяла кусок так деликатно, что Дункан не почувствовал ничего, кроме жаркого дыхания. Другой дус тоже потянулся к нему, и Дункан угостил и его, но уже держал пальцы так, чтобы ядовитые клыки не коснулись их. Мясо исчезло мгновенно.
Дункан закутался в мантию, спрятал руки в рукава, закрыл глаза. Он вытер с лица то, что казалось кровью из носа и постарался заснуть. Он был в безопасности, по крайней мере, такой, какую ему могли предложить в дикой пустыне Кутат эти два зверя.
4
Молодые регулы толпились вокруг, переговариваясь свистящим шепотом. Изредка кто-то из них тревожно смотрел вверх.
Сут покидал их, прежних товарищей. Сейчас они толпились возле постели, предлагая пищу и различные услуги. Они с трепетом ждали, чтобы услуги их были приняты. Они оплакивали одного старшего регула и присутствовали при рождении нового. Сут Хораг-ги стискивал руки и стонал в агонии Изменения.
Сут: _р_а_з_у_м_е_е_т_с_я_, он был как и все, пока в его организме не начались мучительные гормональные изменения, сопровождаемые увеличением аппетита. Корабль "Шируг" отдалился от кораблей землян, круживших возле планеты Кутат, и не обращал внимания на любые их запросы. Сейчас происходило таинство превращения молодого регула в старого. Земляне спрашивали, предлагали помощь, надеясь узнать что-либо, чтобы установить контроль над кораблем регулов, но Сут приказал молчать.
Он ел. Кожа молодого регула уже начала сходить с него, и под ней виднелась новая темная морщинистая кожа. Сут ужасно страдал. Его новая кожа болела, как свежая рана. Все суставы болели, заставляя его постоянно есть и пить. Ему казалось, что он сойдет с ума от невыносимых страданий.