Промчавшись саженей двести по узкой улочке, Андрей перешел на шаг, пытаясь сориентироваться. Как-никак, почти десять лет минуло с того времени, как отец его в город приводил. Причем въезжали они не с Ловати, а через Литовские ворота. Да еще темнота кругом.

Выручил, как всегда, Пахом. Дядька пустил каурую кобылку немного быстрее, выдвинувшись всего на полголовы вперед, уверенно проскакал по едва различимым проулкам, решительно пересек крепость и вскоре спешился у покосившихся жердяных ворот. Энергично застучал рукоятью плети по одной из створок. Та затряслась, грохоча и раскачиваясь. Андрею это не понравилось - что это за ворота, что того и гляди сами упадут? Он тоже спешился, потрогал рукой воротину, потом столб. Тот жалобно скрипнул.

- Сгнил, - понял Зверев. - Кажется, кто-то совсем обленился, за отцовским хозяйством не глядит.

- Кто там балует?! - наконец хрипло отозвались со двора. - Счас стражу кликну!

- Я те кликну! - не сдержав гнева, резко ответил князь. - Давно плети хозяйской не пробовал? Отворяй немедля, дармоед.

- Хто это там боярскому человеку грозить смеет? Уходи, стражу кликну!

- Сын боярина Лисьина, князь Андрей Васильевич к себе вернулся! - ответил Пахом.

- Нечто чадо вернулось? - мгновенно переменился тон за воротами. - Бегу, бегу, Андрей Васильевич, бегу, княже.

Загрохотала тяжелая запорная балка, створки качнулись внутрь, и в неясном свете звезд вместо приказчика Андрей увидел перекошенного на левый бок старика в одной исподней рубахе. Тот подслеповато щурился и продолжал удерживать в руке увесистый дубовый запор.

- А где эти… - Зверев щелкнул пальцами. За давностью времени имена отцовских подворников выветрились у него из памяти. - Ну…

- Преставились, царствие им небесное, - перекрестился старик. - Всех четверых лихоманка проклятущая по осени забрала. Так семьей в царствие и отошли. Меня Ольга Юрьевна сюда покамест приставила, за добром доглядывать.