- Дело в том, - вымолвил он про себя, - чтоб сделать животных неуязвимыми... Можно было бы спасти козочку, прижегши ей рану.

Мелькнула чья-то тень. Еще не повернув головы, он знал, что это была Мюриэль.

- Милая, - шепнул он, - я плохо сделал, исполнив твое желание.

- А ты уверен, что у себя на родине мы не подверглись бы какой-нибудь еще большей опасности?

Взяв Библию из рук отца, она открыла наугад и прочла: "...и освободит тебя из охотничьих капканов и от злой смерти избавит тебя".

- Кто знает, - со вздохом вымолвила она, - что происходит теперь в Америке!

Юношеский смех прервал ее слова, и рослая фигура Гютри выросла пред потухающим костром.

- А что там такое может случиться, чего бы не было до нашего отъезда? Полагаю, что тысячи кораблей наводняют гавани Соединенных Штатов, что железные дороги перевозят граждан, возвращающихся с купаний в города, что заводские гудки ревут, что земледельцы думают об озимых посевах, что добрые люди ужинают, так как теперь у них вечер, что автобусы, трамваи и кэбы шныряют по улицам Балтиморы...

- Не подлежит сомнению, - серьезным тоном сказал Филипп, - но могут быть и крупные перевороты.

- Землетрясение? - спросил Фарнгем.

- А почему бы и нет? Разве землетрясения безусловно невозможны в Англии и Франции? Во всяком случае, Соединенным Штатам они известны. Но я разумел другое...

Яркий свет, творящий жизнь и несущий гибель, овладел лесом. Последние костры угасли. Среди ветвей леса замелькали крылья.

- Что же мы теперь собираемся делать? - спросил Гертон.

- Завтракать, - ответил Сидней. - А после завтрака будем держать военный совет.

Курам передал приказание; два негра принесли чай, кофе, консервы, варенье, сухари, копченую буйволятину, колбасу. Гютри принялся за завтрак весело и энергично, как всегда.