- Не знаю, много ли разумного или неразумного может оказаться в данном случае.

Мистер Сайдботэм встал, запер дверь кабинета и опустил жалюзи на обоих окнах. Затем, достав связку ключей из своего кармана, он открыл черную жестяную коробку. Несколько секунд он рылся в голубых и белых бумагах, окутывая себя облаком синего табачного дыма.

- Я уже чувствую себя детективом, - рассмеялся Шортхаус.

- Говорите тише, пожалуйста, - ответил шеф, оглядываясь. - Мы должны соблюдать полную секретность. Будьте любезны закрыть заслонки, - продолжал он еще более тихим голосом. Открытые заслонки уже не раз подводили.

Шортхаус начинал проникаться духом дела. Он на цыпочках прошел по полу и закрыл две железные решетки в стене, через которые подается горячий воздух в американских домах и которые прозвали "заслонками". В это время мистер Сайдботэм нашел нужную бумагу. Держа ее перед собой, он раз или два хлопнул по ней тыльной стороной руки, как будто это было театральное письмо, а он злодей из мелодрамы.

- Это письмо от Джоэла Гарви, моего старого партнера, - сказал он наконец. - Я вам говорил о нем.

Секретарь кивнул. Он знал, что много лет тому назад фирма "Гарви и Сайдботэм" была хорошо известна чикагскому деловому миру. Он также знал, что та изумительная скорость, с которой они пошли в гору была превзойдена лишь не менее изумительной скоростью их исчезновения. Еще ему было известно, что каждый из партнеров по-прежнему зависел от другого и каждый из них страстно желал другому смерти.

Однако же ранние грехи шефа его не касались. Шеф был добрым и справедливым, пусть и эксцентричным человеком, и Шортхаус, живя в Нью-Йорке, не пытался разузнать подробнее источники, из которых ему платилось жалование. Более того, мужчины нравились друг другу и пользовались искренним доверием и уважением.

- Я надеюсь, что это приятное сообщение, сэр, - сказал он тихим голосом.