- Скорее всего, вы разбили его машину. Хотя уверенности в этом у меня нет. Но мы считаем, что это явление - перенос целого - характерно только для живой материи, а все предметы, находящиеся в радиусе действия электромагнитного поля...

Он продолжал говорить.

Пит смотрел на машину.

Быть может, другой Питер Инис на другой Земле тоже смотрит сейчас на машину?

Будем надеяться, что так. И будем надеяться, что этот другой Пит - хороший человек. Потому что Мэри Вторая - очень хорошая, черт побери!

- Где мне брать билет? - спросил он.

- Сюда, пожалуйста, - позвал из-за металлического шара ван Хасен. Он там что-то делал с круглым красным глазком.

- А что же не трубят трубы? - хмуро заметил Пит. - Где репортеры и фотографы? Мне-то, конечно, ничего этого не надо.

- Мы... - Энрике Патиньо запнулся. - Поймите, мистер Инис, мы бы охотно отложили ваше возвращение хоть на короткое время и расспросили бы вас о вашей Земле. Мы могли, конечно, спросить вас об этом и раньше, но нам не хотелось вторгаться в вашу довольно необычную частную жизнь. Мы хотели, чтобы вы сами к нам пришли. А теперь... что ж, боюсь, нам придется удовольствоваться наблюдениями НАШЕГО Питера Иниса. На основании наших исследований последнего времени мы пришли к выводу, что, может бить, вам очень опасно оставаться здесь. Опасно и для вас, и для нас.

- Я тоже это почувствовал, - сказал Пит. - Звучу не в лад здешнему оркестру. Нарушаю гармонию.

- Сегодня утром мы приняли решение. И как раз собирались вас пригласить, но вы пришли сами.

- А если бы вы меня пригласили и я отказался прийти, вы бы вызвали морскую пехоту?

Патиньо улыбнулся какой-то удивительно мальчишеской улыбкой.

- Ну да. Собственно, ваше появление в нашей Вселенной едва ли как-то на нее повлияет в ближайшие миллионы лет. Отклонение должно дойти до фантастически высокого уровня, прежде чем оно даст себя знать. Но мы - ученые и не можем рисковать, позволив вам остаться здесь хотя бы еще недолго. Ваше влияние теоретически возрастает в геометрической прогрессии каждый шестьдесят один целый четыреста шестьдесят девять десятичных часа.