Пит протянул руку к телефону. Машинально, не думая, он стал набирать номер. Да он и не мог бы разобраться в этой нумерации, если бы думал. Привычным движением, словно и не было незнакомых обозначений на диске, он набрал номер своей конторы.

- Да? - отозвался голос в трубке.

- Рейли, Форсайт и Спраг? - спросил Пит.

Ответили не сразу:

- Извини, друг, не туда попал.

Пит попробовал еще раз, пальцы сами привычно поворачивали диск. На этот раз он набрал номер квартиры матери в Бронксе.

- Мама?

- Никаких мам тут нет, - ответил мужской голос. Пит бросил трубку на рычаг с такой силой, что телефон звякнул. Потом откинулся на подушки и закрыл глаза.

Мэри опять тихонько плакала.

- Пит, милый... - сказала она.

Пит стиснул зубы.

- Ты выздоровеешь...

- Я ЗДОРОВ!

А ВЕСЬ МИР БОЛЕН.

- Конечно, вы здоровы, - сказал психиатр. - Вы не сумасшедший.

- Не говорите со мной, как с ребенком, доктор, - сказал Пит. - Я проходил в колледже курс психиатрии. И я вовсе не беспокотась, что я сумасшедший. Ничуть не хуже вас могу описать состояние, в котором я, по-вашему, нахожусь. Но я отнюдь не в том состоянии.

- Значит, вы не обратили внимания на очень важный раздел в вашем курсе психиатрии, - возразил психиатр. - Труднее всего для человека, даже очень опытного, лечить самого себя. Вам бы следовало знать, что от того, кто подвержен иллюзиям, галлюцинациям или фантазиям, нельзя ожидать, чтобы он...

- Так, значит, я...

- ... трезво оценивал, что с ним происходит...

- Я не в состоянии объективно оценить реальность, - устало сказал Пит.

- ... и он нуждается в посторонней помощи, понимаете?