– Они в архиве, подшиты к делу.

– Зачем ему это было нужно?

– На допросе Максимов сказал, что таким образом самовыражался.

– Открытки со стихами к нам пока не приходили, – сказал Соловец.

– Давайте вернемся к нынешнему делу, – произнес Петренко.

Вдруг Дукалис звонко ударил ладонью по лбу.

– Стоп, мужики! – воскликнул он.

– В чем дело, Толян? – спросил Соловец.

– Были у нас открытки со стихами!

– Что ты имеешь в виду? – поинтересовался Мухомор.

– Приходили открытки. Я еще подумал, кто-то не удачно пошутил.

– Какие уж тут шутки!

– Мне Чердынцев их передал, я прочитал, решил, что это либо шутка, либо кто-то адресом ошибся.

– Куда ты дел эти открытки? – спросил Мухомор.

– В кабинете лежат, если их никто не выбросил.

– Сходи-ка принеси.

Дукалис встал из-за стола.

– Да, дела… – произнес подполковник.

Через минуту Дукалис вернулся, держа в руках несколько разноцветных открыток.

– Вот, – сказал оперативник. – Хорошо, никто выкинуть не успел.

– Показывай. – Мухомор протянул руку к посланиям.

Дукалис отдал одну открытку Петренко, две другие – Соловцу и Ларину.

Петренко поднес открытку к глазам и прочитал стихи, написанные от руки:

Мухомор пожал плечами:

– Чепуха какая-то.

– Я же говорил, никакого отношения к делу это не имеет, – сказал Дукалис.

– Погоди-ка, Толян, – остановил его Ларин. – Где у нас первое ограбление произошло?

– На углу Свечного и Литовского.

– А тут написано «Свеча горит…»

– Ты думаешь, имеется в виду Свечной?

– Угол Свечного. Здесь же на углу кто-то оставит следы.

– Читай следующую. – Мухомор посмотрел на Соловца.

Майор прочитал стихи на открытке:

– Ну про Индию я понимаю, – произнес Волков, – грабитель был в одежде индуса. А при чем тут Смоленск?