Милиционеры спустились в вестибюль и приступили к транспортировке белорусской мебели. Двадцать минут спустя шесть стульев и стол заняли место в кабинете Петренко. За работой оперативники согрелись и уже не замечали царившего в отделении холода. Мухомор между тем продолжал оставаться в пальто. Подполковник велел снять со стульев целлофан и поставить в привычном порядке. Когда указание было выполнено, подполковник прошелся по кабинету, любовно поглаживая стулья по спинкам.

– Хорошо, – сказал Петренко, – до обеда все свободны. Напоминаю, в пятнадцать часов совещание.

– Помним, Юрий Саныч, – кивнул Дукалис.

Оперативники направились к выходу.

– Олег, задержись, – обратился Мухомор к Соловцу. – Вот какое дело, – сказал подполковник, когда они остались вдвоем, – сегодня к нам заедет Федор Степаныч, мне нужно с ним кой-какие вопросы обсудить. Я подготовил для него квартальный отчет.

– Так.

– У тебя в кабинете есть новая папка?

– Найдется, Юрий Саныч.

– Дам тебе отчет, подшей его в папку нового образна, а то эта совсем некрасиво смотрится. – Мухомор вынул из сейфа и передал Соловцу квартальный отчет.

– Хорошо, товарищ подполковник.

Выйдя из кабинета, майор направился выполнять задание шефа. В кабинете Соловец нашел в шкафу новую папку, подшил в нее квартальный отчет и положил в сейф. Ключ от сейфа майор сунул в карман брюк.

В кабинет заглянул Дукалис:

– Пошли пожуем, Георгич.

– Пошли.

Соловец и Дукалис вышли в коридор, где находились Ларин и Волков.

– Куда пойдем? – обратился к коллегам Соловец.

– На угол, куда же еще, – сказал Волков.

– Пошли, – согласился майор.

На углу находилась столовая, куда милиционерьь обычно заходили в обеденный перерыв. Они вышли на улицу. Морозный воздух волной накатил на офицеров.

– Холодина! – поежился Дукалис.

Легче всех был одет Ларин, черное осеннее пальто едва согревало оперативника. Стуча зубами, он поднял воротник и ускорил шаг.