- Да! - орал Родригес.

- Да! - этот миг был счастливым и для Гуиано. Их хриплые голоса сливались в единый вой, превосходивший по мощи недовольный гул толпы. Через миг стая рвала тело Аерона на части, заливая человеческой кровью пыль и камни у самого подножия башни.

- Родригес! - последовала команда из полутьмы прохода.

Король вздрогнул и, не глядя по сторонам, двинулся вперед. Гуиано остался один...

Как умирал сэр Родригес? Что сделали с ним драконы? Этого Гуиано не видел. Он знал только: нечеловеческий вопль, доносящийся до него из-за стен, возвещает о том, что...

- Гу, - коротко бросил дракон, когда плита отъехала в сторону.

Гуиано выпрямился, шагнул в темную пасть проема.

Одна ступенька, другая. И не ступеньки вовсе. Каменные глыбы, необработанные, грубые. Три, четыре. Впереди спина дракона, мимо не проскочишь. Позади еще два стража, не дадут уйти... Господи, какой смрад от их дыхания! Семь, восемь... да и некуда уходить. За всю ночь не нашли, куда... Одиннадцать, двенадцать... а сейчас и подавно не сбежишь. Тридцать восемь... Он один из рыцарей был против глупого амбициозного похода... Пятьдесят два, пятьдесят три... Эта война никому не нужна. Никому не нужна... Сто двенадцать... О чем и сказал королю - сэру Родригесу... двести тридцать. Один из всех, кто посмел возразить. Один и потерял свой титул... Двести девяносто три. Потому шел в пешем строю, в первом ряду воинов. Триста шестнадцать... Однако прожил больше, много больше, чем те, кто промолчал... Пятьсот двадцать два. Какая теперь разница? Сэр Родригес внизу, в пыли. Шестьсот пятьдесят восемь... Твоя очередь, Гуиано. Восемьсот семьдесят четыре... Жаль только Лиану. Уже никогда не взглянуть в ее глаза... Черт! Тысяча. Тысяча первая ступень. Глупая сказка, которой не бывает в жизни... Тысяча двадцать две ступени. Вот и свет. Все. Время колебаний прошло!