"Заявление о себе" грозило подорвать масловский бюджет. Именно в этот момент на него свалился непонятный заказ.
Все проблемы решились в полчаса, как по щучьему велению. Римма Николаевна получила оплату за три месяца вперёд под обещание перевесить-таки масловские пейзажи к центральному фойе; начальство утвердило отпуск за собственный Егоров счёт; родители предупреждены, кассета в автоответчике очищена.
Егор был свободен и готов к приключениям.
* * *
– Вы пешком? Подъезжайте к "Петровской-Разумовской", - велела девушка. - Зелёный фиат-панда, номер 315.
Игрушечную машинку Егор увидел сразу на выходе из метро. И остановился на мгновение, разглядывая ждущую у капота хозяйку.
Волосы у неё тоже оказались медовыми. Гладко зачёсанные, на затылке они скручивались в тугой бублик учительской причёски. Правда, больше ничего чопорного в ней не было: безымянные джинсы, красная ветровка, кроссовки - всё вполне демократично.
Егор невольно вздохнул, расставаясь с образом роковой брюнетки.
– Здравствуйте, я Маслов.
Взглянула внимательно и серьёзно. Егору стало неловко за мятую рубашку и замызганный рюкзак.
– Меня зовут Ольга. Можно на ты.
Не искажённый телефонным динамиком, её голос оказался ещё вкуснее. Тембр, заставляющий вибрировать что-то под ложечкой.
– Вам нужно куда-нибудь заехать? За растворителем, например.
– Да нет, у меня всё с собой. Если что, оттуда ведь можно вернуться?..
Жалкая попытка Красной Шапочки получить гарантии. Впрочем, с Ольгой он согласен даже на ужастик в стиле Роберта Родригеса.
– Да, конечно. Дубна рядом, да и от Москвы не так далеко.
Чудесные глаза: сине-зелёный кобальт с вкраплениями окиси хрома. Бледная, почти невидимая помада. Высокие скулы. Чёткие черты лица.