– Будет исполнено! – кивнул Карклс, и они уехали.
Вдалеке, за пеленой дождя, возникли огни фар. В голове Розниекса промелькнуло: может быть, возвращается та самая машина? Ее преследуют, и сейчас она врежется во все то, что находится тут, на проезжей части. Может быть, водитель – душевнобольной?… – Розниексу сделалось не по себе, однако он промолчал: вряд ли стоит становиться всеобщим посмешищем.
Доктор Яункалныньш стянул перчатки. Свое дело он сделал. Огни приближались. Это за погибшей приехала специальная машина.
На часах было без четверти три. Розниекс чувствовал, как в спине оживает старая боль. Она всегда давала себя знать после нервного напряжения. Тут же откликнулась и язва. Она теперь долго не уймется. А впереди еще немалый труд – составить протокол осмотра места происшествия…
V
Антс закинул руку за голову, на подушку. Приятная усталость не спеша растекалась по мускулистому телу, делая его тяжелым и вялым. Исподтишка им овладевал сон.
«Спать нельзя», – вспыхнула мысль и сразу же погасла. Антс снова погрузился в дремоту, и голос Лиесмы прозвучал где-то очень далеко:
– Не спи, Антс, тебе скоро ехать!
Он с усилием поднял веки и огляделся. Из серой мглы постепенно проступила современная импортная мебель: стол на острых ножках, стулья, книжная полка и большое трюмо со множеством косметических принадлежностей на подзеркальнике.
Упругой, как у девушки, грудью Лиесма прижалась к Антсу.
– Антс, милый… А что бы ты сделал, если бы сейчас явился мой муж?
– В окно вряд ли выпрыгнул бы – с пятого-то этажа, – пробормотал Антс.
– Жаль, – Лиесма притворно вздохнула. – Другой на твоем месте давно бы так поступил.
Рывком Антс сел, свесив босые ноги. Холодный пол обжег ступни и прогнал сон. Он встал, отворил окно. Ночь медленно отступала. Казалось, чья-то невидимая рука перемещала толстые пласты воздуха.