- Все в порядке, Том?

- Чепуха. - Том со страхом посмотрел на Старого. - Знаешь, мне кажется, он действительно хотел меня ранить.

- Конечно. Ты с ним в первый раз? Мы им гордимся. Это уникум, музей патологии... Иди посмотри на Посла, я здесь посижу.

Старик дрожал и всхлипывал.

- В былые дни, - бормотал он, - были смелость и храбрость, и дух и сила, и красная кровь, и смелость, и...

- Успокойтесь, Старый, у нас тоже все есть, - прервал его новый собеседник. - Когда мы реконструируем человека, мы ничего у него не отнимаем. Заменяем испорченные части, вот и все.

- Ты кто? - спросил Старый.

- Я Том.

- Том?

- Нет, Том. Не Том, а Том.

- Ты изменился.

- Я не тот Том, который был до меня.

- Все вы Томы, - хрипло крикнул Старый. - Все одинаковы.

- Нет, Старый. Мы все разные. Вы просто не видите.

Шум и возгласы приближались. На улице перед госпиталем заревела толпа. Вдали заблестела медь, донесся грохот оркестра. Том взял старика под мышки и приподнял с кресла.

- Подойдите к поручням, Старый! - горячо воскликнул он. - Подойдите и посмотрите на Посла. Это великий день для всех нас. Мы наконец установили контакт со звездами. Начинается новая эра.

- Слишком поздно, - пробормотал Старый, - слишком поздно.

- Что вы имеете в виду?

- Это мы должны были найти их, а не они нас. Мы, мы! В былые дни мы были бы первыми. В былые дни были смелость и отвага. Мы терпели и боролись...

- Вот он! - вскричал Том, указывая на улицу. -Остановился у Института... Вот он выходит... Идет дальше... Постойте, нет. Он снова остановился! Перед Мемориалом... Какой великолепный жест! Какой жест! Нет, это не просто визит вежливости.

- В былые дни мы бы пришли с огнем и мечом. Да. Вот так. Мы бы маршировали по чужим улицам, и солнце сверкало бы на наших касках.