Дело в том, что кошмар не кончился и сейчас. Он остался в нас в виде особого эффекта, получившего название "эффекта взаимонаводки" или "эффекта дубль-ве". Есть указания на определенные моральные трудности, связанные с «эффектом», но они еще до конца не ясны. Доктор медицины Станислав Самовяк решительно отвергает эпидемиозную природу "эффекта дубль-ве", обоснованную американцем Паулем Джонсом. Никакой вирус…
— Что я говорил! — радостно воскликнул Горин. — Очевидная вещь, никто ни минуты не сомневался, что здесь не вирусы работают…
Карабичев вдруг решительно встал. Казалось, он нашел выход и решил действовать.
— Я пойду, Петр Михайлович, — сказал он, делая шаг вперед и протягивая руку старику. Он спохватился, но было уже поздно. Перед ним в чистом виде возникла любовь. Сладко сжалось сердце, легкая грусть поползла к горлу, по телу скользнула истома. Карабичев стоял растроганный и смущенный. Словно свежий дождь вылился ему на лицо. Он взглянул на Анастасию и только сейчас заметил, что она сидит почти рядом с Гориным, гораздо ближе пресловутых двух метров.
— Вот так, — дрогнувшим голосом сказал Петр Михайлович. Вот так. Кому горе, а у нас с ней… совсем другое дело. Пять лет вместе работали и фактически в глаза друг друга не видели. А сегодня… вот увиделись.
— Это… хорошо, это очень хорошо, — пробормотал Карабичев, попрощался и быстро вышел.
Он шел по темной улице упругими шагами, отталкивая от себя землю вниз, в бездонную вселенную. Он шел, и движения его становились все более четкими. Действовать, сейчас нужно только действовать! Раньше, когда ему казалось, что он один, он имел право заниматься самим собой, теперь, когда таких, как он, были миллионы, он должен был сделать все, чтобы помочь и им и себе.