Лет двадцать назад мне случайно попался потрепанный томик "Популярной астрономии" Фламмариона. На обложке, наискось порванной и склеенной полоской пожелтевшей папиросной бумаги, была изображена женщина с глобусом у ног - Урания, покровительница астрономии. Позади Урании светился звездами черный провал неба. Урания улыбалась и показывала рукой на звезды. Она была совсем земной женщиной, эта Урания, но в глазах ее отражался загадочный блеск далеких звезд... Мне почему-то врезался в память этот блеск. С тех пор я смотрел в глаза многих женщин - иногда очень красивые глаза, - но еще ни разу не видел в них звездного отблеска. И только у Елагиной...

Она была настоящей земной женщиной, как Урания на порванной обложке "Популярной астрономии", но свет звезд дрожал в ее глазах...

Я попросил Елагину объяснить, при каких обстоятельствах исчез Закревский. Она подошла к висевшей на стене карте и начала говорить-коротко, ясно, точно. А в глазах светился удивительный звездный отблеск...

Через три минуты я знал все.

Двое суток назад Закревский остался в лагере "ЗООО". Устинов и Хачикян спустились вниз. К вечеру первого дня Закревский радировал о важном открытии. Радиограмма заканчивалась словами: "Мешает облачность. Попробую подняться выше". Через три часа Закревский передал еще одну радиограмму. Сквозь грозовые разряды удалось разобрать только два слова: "...гипотеза... предполагал..." С этого времени прошло более суток. Закревский молчал. Версия об испорченном передатчике сразу отпала: в лагере "ЗООО" была запасная рация и, если бы Закревский вернулся туда, связь возобновилась бы.

Меня удивило, как Закревский решился уйти из лагеря вечером, перед сумерками.

- Он альпинист, перворазрядник. Хорошо знает горы, - ответила Елагина.