Он искренне полагал, что нелюбовь к мясу можно привить даже хищникам. Частично ему это удалось. Каждое утро мы наблюдали, как Алисия вываливала посередине двора кучу банановой кожуры, картофельных очисток, гнилых фруктов и прочей ботвы, и на её «цып-цып» сбегалась вся имеющаяся в наличии живность. Свиньи и козел приступали к трапезе сразу, а вот собакам и котам приходилось чуть сложнее. Идея мирного сосуществования всех животных земли отражалась на их истощенных мордах в виде явного отвращения. Они неуверенно обнюхивали эту помойку, пробовали на зуб, затем, видимо, входили во вкус и начинали с остервенением рвать в клочья помидоры и баклажаны — только брызги летели во все стороны. Однажды меня прошибло до слёз, когда овчарка подралась с козлом за капустный лист.

Естественно, «Гуру» не вел с животными никакой воспитательной работы, а об использовании последних достижений в области «планировании семьи» не могло быть и речи. Поэтому в стаде присутствовала многочисленная молодёжь, и численность его неуклонно росла. Будучи любителем четвероногих, я попытался погладить одного котенка, но он повел себя неадекватно: начал лизать мои руки, а потом попытался откусить палец. С нежностями пришлось покончить.

Как-то раз, для проформы заглянув в расписание, я обнаружил, что на сенокос Шура отправляется один, а меня назначили дежурным по кухне. Наряд вне очереди обрадовал нас. Мне представлялась уникальная возможность попытаться состряпать что-нибудь съедобное из имеющихся продуктов. Мне дали коды доступа в кладовую, и я устроил там ревизию. На мясо, конечно, никто не рассчитывал, но кое-что найти удалось. Я сварганил салат из известных цивилизации овощей, заправил его оливковым маслом, посолил и положил одну ложку на язык — получилось вкусно. Осмелев, нажарил картошки, сервировал стол и стал ждать сигнала к обеду, гордый собой, как автомобилист, уклонившийся от взятки гаишнику.