— Да ничего мне не будет, — процедил Сергей сквозь зубы. — Объяснял же тебе, объяснял. Я ведь здесь практически посторонний. Никаких осложнений не предвидится. Так что давай, шагом марш, и поживее! — ему пришлось буквально подталкивать мальчишку в спину.

— Ну, ступай. Я приеду где-то через час после тебя. Чует мое сердце, что разговор с Кондрашевым долго не затянется. Так что держи хвост морковкой, все будет путем. Смотри только, в метро не попадись. Выглядишь ты, откровенно скажу, не первый сорт. Да, чуть не забыл, вот, мелочь возьми на проезд.

…Сергей еще пару минут сидел, тупо уставясь в столешницу. Тяжело бухало сердце. С чего бы это? Не такой уж капитальный повод для волнений. Случались неприятности и покруче. Ладно, пока есть время, заняться, что ли, Анти-Дюрингом?

И он вновь принялся мучить основоположника. Да так лихо, что только пух полетел.

Кондрашев с командой вернулись спустя полчаса. К этому времени Сергею оставалось лишь пару страниц до полной победы над классиком.

Команда в ускоренном темпе развесила мокрые плащи и ввалилась в комнату.

— Эх, сейчас чайку соорудим… — мечтательно протянул Кондрашев, и добавил: — С вышеобозначенным тортиком.

Он повернулся к Сергею.

— Ну ты как, не заскучал? Что конспект? Движется?

— Куда он денется, — проворчал Сергей, не поднимая головы.

— Чего это ты такой кислый? — подозрительно осведомился Сашка. Небось, эманация теоретической мудрости попала-таки в мозг? Не бойся, детка, мировое счастье и стирание всяческих граней еще не скоро. Пожить успеешь. Кстати, как наш цыпленок? Сидит? — кивнул он на дверь КПЗ.

— Да понимаешь, Михалыч, тут такое дело, — закашлялся Сергей, вылезая из-за стола. — Я, конечно, очень виноват, ты сейчас кричать, наверное, будешь. Одним словом, я этого пацана упустил.

— Как упустил? — ничего еще не сообразив, протянул Сашка.

— Да так, — виновато выдавил Сергей. — Я с ним говорил-говорил, он молчит. Пень пнем. Я убеждаю, угрожаю, снова убеждаю — глухо как в танке. Поверишь, чуть было не врезал ему по соплям.