Через двадцать минут капитан уже лежал в биованне, и десятки присосков, идущих к различным датчикам, приникли к его телу, исследуя состояние организма. Вся информация непрерывным потоком вливалась в широкие блоки Электронного Медика, занимавшего добрую треть стены, которая отделяла штурманскую рубку от жилого отсека. Данные немедленно исследовались логической системой, и тут же отдавались приказания - как проводить лечение.

Вмешательство человека или робота было излишним - вряд ли они бы улучшили действия Электронного Мозга, который слишком хорошо знал свое дело.

Оставалось ждать, а ожидание было невыносимым.

Иван решил пока что посмотреть хотя бы мельком, какие повреждения нанесла "Дракону" таинственная бомбардировка. Поскольку эскалаторы не работали (двое роботов уже отправились выяснять причины), штурман велел Киру нести себя.

Огромными прыжками несся Кир по переходам. Перед глазами Ивана проплывали еле различимые поручни невесомости, небольшие выступы, в которых располагались кибернетические системы корабля.

Нельзя сказать, чтобы результаты осмотра были утешительными. Иван лишь покачивал головой, разглядывая глубокие кратеры с рваными и острыми краями, зиявшие то тут, то там.

На аспидно-черном небе немигающим светом горели бесстрастные звезды. Веретенообразное тело "Дракона" медленно вращалось вокруг собственной оси, но казалось, что это звездный купол вращается вокруг неподвижных наблюдателей. Кир находился рядом со штурманом. Робот добросовестно фиксировал разнообразные данные, с тем чтобы немного позже заняться тщательным их анализом.

Наиболее загадочными были наросты неизвестного вещества, появившиеся на поверхности "Дракона" после бомбардировки.

Иван поправил шлем и озабоченно потрогал острые края одной особенно глубокой воронки.