– Кто звонил? – поинтересовался он.

– Да так, знакомая, – пожала плечами Светлана, почему-то отведя взгляд. – Договорились вместе за продуктами сходить…

– Смотрите, – шепотом перебил ее Антон, показывая рукой в сторону окна. Взрослые одновременно обернулись.

На оконной раме, в проеме форточки, сидел взъерошенный воробей. Он настороженно заглядывал внутрь дома, а в его маленьких черных глазенках-бусинках читалось откровенное любопытство. Воробей словно спрашивал у людей, почему у них тепло, а снаружи холодно? И почему на столе так много крошек, а птички за окном голодают?

Впрочем, длился визит воробья всего несколько секунд. Испуганный движением людей, а может быть просто потеряв к происходящему внутри дома интерес, воробей, взмахнув крыльями, выпорхнул на мороз. Но Полунин почему-то почувствовал укол совести от немого вопроса птицы. Почему действительно крошки от их завтрака бесцельно пропадают? Видимо, та же мысль пришла в голову и его сыну.

– Пап, а ты когда мне кормушку сделаешь? – поинтересовался он. – Всю зиму обещаешь!

– Ну, допустим, не всю. Зима только началась, – немного сконфузившись, ответил Полунин. – Но изготовление кормушки не будем откладывать в долгий ящик. Прямо сейчас и займусь этим!

– Как это сейчас?! – удивилась Светлана. – А на работу ты не идешь?

– Пока нет, – улыбнулся Владимир. – По крайней мере, времени на то, чтобы сделать кормушку, у меня хватит.

– Ур-ра! – завопил Антон, подпрыгивая на стуле. – Только, чур, зерно туда я сам буду засыпать!

– Подожди ты кричать! – одернула Антона Светлана и повернулась к Полунину: – Что-то случилось?

– Ничего. – Увидев, что Антон показал за спиной матери язык, Полунин улыбнулся. – К нам в город прилетает заместитель министра топливной промышленности. Меня только сегодня поставили в известность о том, что я должен быть в числе встречающих. Поэтому поеду сразу в аэропорт.