Я с любопытством посмотрел на Харви. Он застыл с кобурой в руках, его глаза были прикованы к револьверу. Судя по всему, он не любил, когда кто-то другой держит оружие, особенно его собственное. Что и говорить профессионал.

Я бросил револьвер на кровать и кивнул на кобуру.

- Почему вы носите ее именно там?

Он расслабился и вернулся к своему занятию.

- Когда едешь в машине, оттуда его легче всего достать. Прицепите револьвер на пояс или под мышку и вы будете вытаскивать его неделю.

Что ж, вполне логично.

- А когда выйдете из машины, будете носить его там же?

- Нет, - буркнул он, продолжая возиться с кобурой. Выждав минуту, я спросил:

- В этой штуке всего пять патронов. Почему не пистолет?

- Чтобы бить наверняка, нужна как минимум пуля тридцать восьмого калибра, - хладнокровно ответил он. - Пистолеты тридцать восьмого куда больше и тяжелее, к тому же они могут дать осечку.

Но я уже не слушал. Меня не особенно интересовали его взгляды на оружие, достаточно было того, что он вооружен. Для человека, жизнь которого зависит от выбранного оружия, существует только одна Истинная Вера - его собственная, и только один Истинный Пророк - он сам. Естественно, у каждого свои взгляды, потому-то у оружейников столько работы.

- А кроме того, вы что, думаете, что их будет больше пяти за один раз? - закончил он свою тираду.

Я покачал головой. По-прежнему сидя, Харви закрепил кобуру и сунул туда револьвер, тут же выхватил, и так несколько раз подряд. Выглядело это отнюдь не плавно и грациозно, как у ковбоев в вестернах, - это был яростный рывок, но мне понравилось.

Наконец, он встал и сунул револьвер в маленькую пружинную кобуру на левом бедре.

- А вы что-нибудь захватили?

- Да.

- Мерлен предупреждал, что вы вряд ли возьмете с собой оружие.

- Он ничего мне не говорил, но я одолжил кое-что у парижских друзей. Предчувствуя его вопрос, я добавил: - "Маузер" образца тридцать второго года.