Лицо Харви застыло: по-видимому, так он выражал крайнее удивление.

- Такой здоровый утюг? Это тот самый - с переключателем на стрельбу очередями?

- Тот самый.

Он слегка повел бровями, при этом одна приподнялась, а другая опустилась.

- Повезете его на трейлере? - с иронией спросил ом. - Или пошлете в Лихтенштейн почтой?

Я усмехнулся. Мне уже не раз доводилось выслушивать шуточки по поводу "маузеров", особенно образца 1932 года, рассчитанного на автоматическую стрельбу. Он весит три фунта, длиною в фут, имеет одну из самых неудобных рукояток на свете, а при стрельбе очередями удержать его труднее, чем разъяренную кошку. Но у него есть и свои достоинства, а кто не согласен, может катиться к черту.

- Я всегда считал, что для пистолета самое подходящее место - в руке. Если быстро соображаешь, то вовсе не обязательно уметь лихо управляться с оружием.

- Ну да, - кивнул Харви, стараясь, чтобы это прозвучало вежливо.

- Значит, "маузеры" вам не нравятся?

- Можно сказать и так. Но еще больше мне не понравится, если вы начнете распинаться передо мной об оружии.

- Вот и хорошо, - примирительно сказал я. - Я хотел убедиться, что мне не придется водить вас за ручку, как всех остальных.

Он снова повторил свой трюк с бровями.

- Хотели посмотреть, можно ли вертеть мной как вздумается?

- Ну, я же вас не знал. Разумеется, я слышал о вас разное... Неожиданно его лицо окаменело и стало непроницаемым. - Но ведь они могли ошибаться, - поспешно добавил я.

Харви медленно расслабился и кивнул, уставившись в пол.

- Ну да, могли ошибаться. - Он поднял голову.- Возможно, мне понравится с вами работать. Пока вы будете помнить, что для того, чтобы начать стрелять, мне не потребуется разрешения в трех экземплярах. Вы узнаете, что я хочу стрелять, когда услышите выстрелы.