Глаза Лотара стали спокойными, как будто он любовался прудом в тихий осенний день.

- Не будещь же держать? Вы нас всей деревней не прокормите.

- Ну, я могу заставить вас отработать все, что вы сожрете. - В голосе Азмира появилась запальчивость.

- Отработать? Как? - Рубос даже наклонился, чтобы в скудном свете увидеть лицо предводителя разбойников.

- Вы все вполне сможете быть разбойниками... Хохот в четыре здоровые глотки заставил стражников заглянуть в подвал.

- Нет, - покачал головой Сухмет, - разбойниками мы не будем. Да и тебе не советую.

Азмир от этого смеха насупился, но ругаться не стал.

- Почему? Лотар пояснил:

- Плохо кончишь, удача пока была с тобой, но теперь, скорее всего, все кончится.

Азмир стал подниматься по вырубленным в глине ступеням. Рубос прокричал ему вслед:

- Сам посуди, какой из тебя разбойник? Ты даже меч держишь как грабли...

Укладываясь спать, Сухмет спросил, ни к кому особенно не обращаясь:

- Может, мы зря его так? У него есть самоуважение, а мы с ним словно с мулом в ярме?

- У него-то самоуважение? - переспросил Рубос. - То-то он занимается грабежом... Лотар хмыкнул:

- В тебе говорит бывший охранник караванов, Рубос. Ты не считаешь бандита за человека. А для большинства на этих землях грабеж - нормальная хозяйственная деятельность, и многие женщины даже рассчитывают на это как на законный приработок своих мужей.

- Нет, я так думать не могу, - ответил Рубос, подумал и добавил: - И другим не советую. Видишь ли, Лотар, мир меняется.

Ди сухим смешком дал понять, насколько мало он в это верит. Ему, фою, представителю и выученику цивилизации, пережившей за три тысячи лет разное, это было простительно.

Поутру дверь наверху снова заскрипела. И послышался шепот Азмира:

- Вставайте, стражников я отпустил.