Гвинед и Акиф одновременно распороли воздух, и тугие удары по плоти прозвучали в гулком проходе как удары в бубны. Тела обоих эрков рухнули на пол. "Удалось, - решил Лотар, - что ни говори, а тренировки - стоящая вещь".

Он стряхнул с мечей кровь пернатых, которые неопрятной грудой лежали теперь у его НОЕ Оглянулся - все было спокойно. И пошел дальше, настраивая на ходу проникающее зрение, чтобы выйти в главный зал и не заблудиться по дороге.

К его удивлению, замок был пуст. Кроме эрков, он никого больше не встретил. Все было так, как если бы в замке обитало множество разных существ, но они все куда-то подевались. И это было хорошо. После расправы с эрками Лотар стал надеяться, что удастся раньше времени не поднимать тревогу.

Он оказался во внутренних залах горы, чем-то напоминающих торжественные приемные. Тут уже не было так гулко, и светильники горели не так обжигающе жарко, но света давали еще больше. Лотар лишь подивился искусственному свету, соперничающему с солнечным в чистоте и легкости, и пошел дальше.

Но далеко ему пройти не удалось. Уходящая вниз по спирали анфилада приемных залов вдруг завершилась у высокой светлой стены. Перед стеной стояло с десяток темных обгоревших треножников. На их широких блюдах горело что-то коптящее, сочащееся магией, как свежее мясо сочится кровью. Лотар окинул треножники одним взглядом и понял, что они расходящимся веером ведут к крохотной дверке... "Значит, мне туда и нужно", - решил Желтоголовый.

Но стоило ему шагнуть в нужном направлении, как один из семифутовых треножников вдруг согнул ногу и передвинулся к нему.

- Да он живой! - вырвалось у Лотара, хотя слышать его было некому.

Даже Сухмет, верный друг, который почти всегда понимал все, что он про себя проговаривал, находился далеко за толщей скалы, за множеством магических занавесей, вряд ли он...