"Нет, я тебя слышу, хотя это и нелегко, господин мой, - отозвался в сознании голос восточника. - Сейчас ты, если хочешь знать, несешь в себе добрую треть моих способностей постигать мир".

Так, теперь по крайней мере ясно, почему он так неловко подлетал к замку.

"Ну, если даже все пройдет гладко, - сказал Лотар, на этот раз уже не вслух, - ты узнаешь, как нагружать меня своими магическими прибамбасами".

"Но я же с лучшими намерениями, вдруг совет какой-нибудь смогу дать?!"

Сухмет определенно был доволен собой.

Но Лотар понимал, что отдать часть своего духовного естества, перенести его в другого человека и как бы раздвоиться, разумеется перегрузив того, в кого помещена отделенная от хозяина часть души, - трюк, который старик проделал не для того, чтобы его советы не смогли заглушить Хифероа.

- Ты сделал это из любопытства, мой старый друг, - сказал он громко.

И вдруг треножники ожили все разом!

Лотар выхватил Гвинед. Эх, тут бы не меч - что можно мечом сделать против этих тяжелых, как катапульты, дышащих жаром раскоряк? Ему бы... Но чем лучше всего работать против таких противников, он и сам не знал.

А треножники тем временем стали плотной цепью и дружно, звеня на разные лады, двинулись вперед. Их тактика была проста, они не могли рубиться, не могли пронзать, но вполне способны были затолкать в некое подобие клетки и сжечь заживо... Едва Лотар это понял, он отступил, чтобы не попасться в первую, еще не очень понятную ловушку.

Треножники, замерев на мгновение, снова разошлись веером и опять попытались окружить его с четырех сторон.

"Может, удастся обмануть их и прорваться к двери?" - подумал Лотар. Но если дверь не отрывается просто так, если, допустим, на ней лежит какое-нибудь заклятие, связанное с этими треножниками, они точно окружат его, прижмут к стене, а тогда - ну, тогда он проиграет сразу и окончательно. Ему хватило пары мгновений, чтобы понять, что огонь этих шагающих тазов способен спалить не то что драконьего оборотня, но даже слоновье стадо! Он вздохнул и очистил рассудок, чтобы наилучшая тактика сама всплыла в сознании.