К счастью, это выяснилось довольно скоро.

- Готов заплатить семьсот золотых авров, если вы, Паллис, возьмете на себя труд навестить имение моего брата, а заодно и доставить милому Стагевду вот этот сувенир.

- Положим, я согласен, - несколько уныло обнадежил хозяина Паллис.

("Что ж, посредством такой огромной суммы, пожалуй, можно смириться даже с сапожками рассыльного" - подумал он, немного огорченный тривиальностью этого предприятия, разумеется, сильно проигрывавшего в сравнении с теми воображаемыми подвигами, щедро умытыми золотом, которые могли бы рисоваться во всей своей необходимости ему в недалеком будущем. Если бы не сказанное Пагевдом.)

- Имение вашего брата далеко отсюда?

- Нет, нет! - запротестовал Пагевд с такой горячностью, будто это обстоятельство как-то задевало его самолюбие, или, того хуже, его больное самолюбие, - "Серая утка" расположена на том берегу Арту, там на диво живописные окрестности. Я купил "Серую утку" - так называется имение - как раз для того, чтобы обожаемый мною Стагевд мог, как это говорят, "отдохнуть душой" от службы при Дворе, расшатавшей...

- С ним, надеюсь, ничего дурного, с этим расшатанным... - скрывая безразличие, спросил Паллис, всецело поглощенный подсчетами, связанными с предстоящей поездкой. ("При наихудшем стечении обстоятельств это дело не должно отнять у меня больше четырех дней.")

- Ничего, милостивый гиазир. Видите ли, на его душевном равновесии дурно сказались дворцовые перипетии. Он, как бы это выразиться, стал чересчур нервен. Но жизнь в уединении, определенно, идет ему на пользу. Его письма становятся все более занимательными и благоразумными, вот только жалобы на скуку... Они взывают к моим родственным чувствам. В общем, чтобы хоть как-нибудь ее скрасить, я и посылаю ему такие вот сувенирчики.