В мире, где каждый мужчина считал себя знатоком лошадей и искусным наездником, это замечание принесло Бо первое очко.

Гость, однако, стойко выдержал удар.

– Он больше не живет в Старкмуре, а глазом займется мой сын.

Старкмур был тем самым местом, где располагались штаб-квартира и школа, и теперь Изабель припомнила показавшуюся ей странной реплику гостя: «Мне казалось, я это прекратил». Клинки могли вытворять что угодно, и остановить их сумели бы, пожалуй, лишь три человека, а так как посетитель не был ни королем, ни капитаном Вишезом, то выходило, что за столом сидит граф Роланд, о котором Бо в обычных обстоятельствах отзывался с почтением и даже благоговением, столь непохожим на демонстрируемую сейчас насмешливую язвительность. Роланд был искуснейшим фехтовальщиком одного поколения и лордом-канцлером короля Амброза следующего. А она предлагала ему брать уроки фехтования!

– Тебе действительно запретили пользоваться именем Клинка? – спросил гость.

Бо пожал плечами:

– Титул. Что в нем, кроме громкого звучания? Да и негоже тому, кто работает на конюшне, провозглашать себя человеком рыцарского звания. Бомон, Куксон… не очень-то благозвучно, не так ли?

– Говорят, ты сам накликал на себя беду.

– Что толку требовать признания заслуг, если хочешь лишь немного сочувствия?

Теперь уже Великий Магистр показал зубы.

– Ты получил приказ покинуть город. Из-за этого и все твои несчастья. Почему бы не сделать как велено – убраться подальше и начать заново?

– Мне нравится слушать сплетни.

– Почему ты не принял участие в турнире за Королевский кубок в этом году?

– Вы хотите брать уроки? В вашем возрасте фехтование – утомительное занятие.

Они и сейчас фехтовали – перебрасывались словами, делали ложные выпады, парировали, наносили быстрые уколы и рубящие удары, – а не говорили напрямую. Гость постучал по разложенной на столе афише.