Продолжайте, ради Бога продолжайте, но только по существу.

Да, Ваша Честь, я буду держаться сути дела. Итак, джентльмены, сообщив, как мне представляется, вполне достаточно о первой встрече между будущей жертвой и подсудимым, я сокращу свой рассказ, ограничившись указанием на то, что с тех пор эти двое стали часто встречаться. Девице, надо полагать, льстило, что у нее завелся такой (как она считала) поклонник. Не реже раза в неделю он проезжал по улице, где она жила, а она его уже дожидалась. Похоже, у них был условный сигнал: он всякий раз насвистывал мелодию, под которую они плясали в таверне. Насколько я знаю, это хорошо известная в тех краях песенка «Погуляешь ли, красотка, потолкуешь ли со мной?»

Как же, помню, у нас в Шропшире ее тоже поют. Он ведь звучит вот так, верно? — И тут Его Честь стал насвистывать мотивчик, что производило странное впечатление и казалось не слишком совместимым с достоинством суда. Видимо, он и сам это почувствовал, ибо, спохватившись, сказал: Но это так, к слову, а вообще-то думаю, что танцевальный мотивчик прозвучал в нашем суде впервые. Под те мелодии, какие наигрываются у нас, выплясывают по большей части висельники на Тайберне.

Тут он перевел взгляд на подсудимого, выглядевшего словно его что-то ошеломило, и добавил:

— Господин прокурор, вы говорили, будто мелодия имеет отношение к существу дела, а теперь я вижу, что и мистер Мартин придерживается того же мнения. Да что с вами, подсудимый? Что это вы вытаращились, будто увидели привидение?

Ваша честь, я поражен тем, о каких нелепых пустяках говорит обвинитель.

Ну, доказать, пустяки это или нет, дело господина прокурора, но я со своей стороны замечу, что если у него нет ничего более серьезного, то и у вас нет никакой причины для удивления. Невольно задумаешься, нет ли тут чего-то еще. Однако, господин прокурор, продолжайте.