Куай-Гон посмотрел на Тароона. Юные рутаниец не участвовал в разговорах. Он сидел со сплетенными на груди руками. Его взгляд был настороженным, выражение лица — сумрачное.
— Так Вы не видите никакой опасности? — спросил Оби-Ван. Куай-Гон слегка улыбнулся. — Я вижу запутанные узы верности и возможные недоразумения, падаван. А даже малейшие недоразумения могут таить в себе опасности, когда положение такое шаткое, как это. Слова не всегда передают то, что происходит в сердцах. И вещи редко такие, какими кажутся.
Глава 4
Сверху планета Сенали выглядела как светящийся, синий изумруд. Бoльшая часть ее поверхности был покрыта водой, которая отражала свет и переливалась всеми оттенками синего. Когда их корабль летел над поверхностью в сторону посадочной платформе Меенона, Оби-Ван решил, что никогда еще не видел более красивой планеты.
Моря, казалось, состояли из тысяч различных оттенков зеленого и синего цветов. Острова, покрытые сочными зелеными зарослями и цветущими рощами, раскинулись как драгоценные ожерелья из жемчуга в воде. Множество построек были возведены из веток и стволов здешних деревьев со светло-красной корой.
Они приземлились на королевской площадке, где их приветствовали члены гвардии. Сеналийцы были той же рассы, что и рутанийцы, но их синяя кожа, из-за покрывающих ее крохотных чешуек, обладала серебряным сиянием. Они были отличными пловцами, способными на долго задерживать дыхание. В отличии от уроженцев Рутна, сеналийцы носили волосы коротко, и многие украшали головы и шеи кораллами и ракушками.
Джедаи и Тароон последовали за охраной в резиденцию Меенона. Это было длинное, плоское здание, плавающее в темно-зеленой лагуне. Гвардейцы провели их во внутренний двор, который превратили в цветущий сад. Свисающие пальмовые ветки защищали от палящего солнца.