— Не важно, — сказал Куай-Гон, — Имя Талы будет очищено, когда мы найдём Балога.

— Если Вы сможете найти его быстро, — серьёзно сказал Манекс, — Я опасаюсь того, что он придёт к власти, и тогда мы уже не сможем обвинить его в чём-бы то ни было. Вы не знаете, кто его может поддерживать? Кто бы это ни был, он или она — этот человек должен обладать большой политической мощью.

— Мы пока ни в чём не можем быть уверены, — сказал Мэйс. Джедай пока ещё не был готов доверять Манексу. Манекс ведь ничего не знал о предательстве Элани. И он мог быть даже её союзником.

— Есть и другие новости, — продолжил Манекс, — Я был назначен исполняющим обязанности Верховного правителя до проведения выборов.

Я не добивался этого поста, да я и не хочу такой власти. Я бизнесмен, а не политик. Но сенаторы сыграли на моей любви к моей планете и на моём желании восстановить мир. Они чувствуют, что именно у меня, как у брата Роана, самые большие шансы объединить правительство. Конечно же, предвыборный период продлится недолго. Я привёл в состояние повышенной готовности службу безопасности и закрыл Музей Абсолюта. Наша главная задача — избежать народных волнений. И ещё. Как действующий Верховный правитель, я официально прошу помощи джедаев. Я хотел бы, чтобы Вы наблюдали за подготовкой к предстоящим выборам. Мы проведём их через три дня. Мы не можем позволить себе ждать, это единственный способ удержать мир.

— Но ведь не все доверяют джедаям, — сказал Оби-Ван, — Я уверен, что холотайп с записью выступления Талы отнюдь не улучшил их отношения.

— Есть достаточно тех, кто доверяет, — отозвался Манекс, — И как только Вы найдёте Балога, то, как вы и сказали, имя Талы будет очищено. А до тех пор, вы будете иметь мою полную поддержку. Я проинструктировал службы безопасности о всяческом содействии вам.

Мэйс кивнул:

— Что ж, в таком случае мы согласны.

Куай-Гон ощетинился. Мэйс даже не взглянул на него, не поинтересовался его мнением. А он был очень даже против.