— Но, моя дорогая, почему вы скрылись от нашей семьи? — беспокойным голосом спросила Занита.

— Я боялась, — объяснила Лина, — без Рутина… Я не знала, что вы думаете обо мне.

— Ты всегда будешь Кобралом, — торжественно сказала Занита, смотря на невестку, — почему ты боишься?

Лина колебалась, затем заговорила тише:

— Я боюсь, так как думаю, что Рутина убил Солан.

Занита села удобнее на большом диване. Она побледнела и коснулась дрожащей рукой Лины.

— Это было моим самым большим опасением, — прошептала Занита, потому что к её горлу подступили слезы, — я не хотела бы, чтобы оно оказалось верным. Но все же, когда я слушаю своё сердце, я знаю, что ты не лжёшь.

Она вынула платок и вытерла глаза, чтобы продолжить.

— Я пыталась остановить Солана, образумить его, но было поздно, — она снова разрыдалась, — а теперь Рутин ушёл.

Встав на колени, около неё, Лина успокаивала Заниту. Она также рассказала ей, что все знала о плане Рутина положить конец преступлениям.

— Я знаю, что это для вас будет слышать нелегко, но теперь я планирую свидетельствовать против семьи. Самое дорогое желание Рутина стало также и моим. Я хочу остановить насилие, — говорила Лина, смотря в глаза свекрови, — и мне нужна ваша помощь.

В комнате охраны, Куай-Гон почувствовал, как дрожит голос Лины. Он не мог винить за это Лину. Она просила, чтобы Занита присоединилась к ней в восстании против собственной семьи, собственных детей.

Занита опустила глаза и отпустила руку Лины. Она неподвижно сидела на диване. Затем она взглянула на картину, висящий на стене библиотеки. На ней были изображены трое мужчин, трое братьев Кобрал. Рутин гордо стоял в центре.

— Да, — вздохнула она, — это должно быть остановлено.

ГЛАВА 5.