Оби-Вану вспомнился его тринадцатый день рождения. Казалось, это было так давно. Он так и не сделал положенных упражнений на сосредоточение. И теперь вспомнил, как наставлял его Куай-Гон. «Да, время быстротечно. Но его ход не должен ускользать от тебя».

А Оби-Ван не проследил за ходом времени. Позволил ему ускользнуть. Теперь у него будет сколько угодно времени — и не о чем вспомнить.

Он прижался лбом к коленям. Душу заполнил неодолимый страх. Он окутал разум тьмой. Впервые в жизни Оби-Ван узнал, что это такое — потерять последнюю надежду.

И вдруг в этой бездне холода и страха он почувствовал на груди тепло. Сунул руку во внутренний карман туники. Пальцы сомкнулись на речном камне, который подарил ему Куай-Гон. Камень был теплым!

Оби-Ван достал камень. Черный, как уголь, он мерцал в темноте, разгоняя мрак прозрачным хрустальным сиянием. Оби-Ван снова сжал пальцы, ощупал камень. Наверное, этот кристалл чувствителен к Силе, подумал он.

И тут тьму в его душе разогнал, словно яркий луч, свет внезапного озарения.

«Ничто не потеряно там, где живет Сила, — вспомнил он истину, которой его учили в Храме. — А Сила живет везде».

Оби-Ван воскресил в памяти слова Гуэрры, которые тот произнес, когда рассказывал ему об обновлении сестры. Гуэрра говорил, что некоторые люди с особенно сильным разумом способны противостоять стиранию памяти. Может быть, это означает, что Сила придет ему на помощь. Ибо что же такое Сила, если не знание и свет?

Оби-Ван крепко стиснул камень, собрал Силу вокруг себя и окружил свой разум, как броней. Он представил себе, как Сила защищает каждую клеточку мозга, будто неприступная крепость. Она спасет его от тьмы, он сохранит свои воспоминания!

Когда дверь камеры открылась и вошли стражники, Оби-Ван даже не поднял глаз.

ГЛАВА 14

На следующее утро рыночная площадь была полна народу, хотя товаров для продажи на ней было даже меньше, чем накануне. На лице Куай-Гона было написано то же отчаяние, какое искажало лица финдианцев. Он нетерпеливо расхаживал из конца в конец площади, поджидая Дуэнну.