Наконец он потерял терпение.

— Я сам пойду во дворец, — заявил он Гуэрре и Пакси. — Я найду дорогу.

— Погоди, Джедай-Гон, — взмолился Гуэрра. — Дуэнне нелегко ускользнуть из дворца, но она всегда приходит на наш зов.

— А вот и она! — воскликнул Пакси. Сквозь толпу к ним проталкивалась Дуэнна. На ней не было форменного бронированного плаща, только обычная накидка с капюшоном. В руках она несла большую корзину.

— У вас есть новости об Оби-Ване? — спросил ее Куай-Гон, как только женщина подошла.

Старушка прижала руку к сердцу, с трудом переводя дыхание.

— Во дворце объявлена готовность номер один. Завтра прибывает принц Беджу…

— Что с Оби-Ваном? — резко перебил ее Куай-Гон.

— Вот я и хочу вам рассказать, — продолжала Дуэнна. — Я никогда не видала, чтобы они действовали так поспешно. Он… его бросили в тюремную камеру.

— Куда? — тотчас же спросил Куай-Гон.

— Его там больше нет. — Дуэнна положила мягкую ладонь на руку джедая. КуайГон заметил, что ее глаза полны жалости. У него упало сердце.

— Что с ним случилось? — хрипло спросил он.

— Его обновили, — еле слышно проговерила Дуэнна. — Прошлой ночью. А утром, на заре, транспортировали на другую планету.

Пакси и Гуэрра заглянули из-за угла в комнату, где на полу сидел, скрестив ноги и глядя в пустоту, Куай-Гон. Дуэнне пора было возвращаться во дворец, поэтому они направились прямиком в дом Каади. Разгуливать по улицам днем было слишком опасно.

Как только они вошли в дом, Куай-Гон тотчас же удалился в свободную комнату, где они ночевали, и уселся прямо на пол, ничего не говоря. Он просидел так целый час. Братья оставили его одного, но Куай-Гон то и дело чувствовал на себе их встревоженные взгляды.