Я тряхнула головой, прогоняя невеселые мысли. У меня была проблема, которая требовала решения. От Майка необходимо было немедленно отвязаться. Зная, как трудно мне будет сказать простое, но твердое «нет», я предпочла соврать. Позвонив Майку, долго извинялась слабым больным голосом и сказала, что плохо себя чувствую. На его предложение встретиться как-нибудь в другой раз, я с облегчением согласилась и повесила трубку. Другой раз будет в другой раз. И когда он будет, тогда и подумаю как выкручиваться.
Вот только оставаться в одиночестве не хотелось. Пятница. Конец рабочей недели. Чарли на весь вечер собирался отправиться к Билли, смотреть очередной матч и пить пиво. А я останусь в пустом доме. Отчаяние вновь навалится, придавливая к земле, лишая сил. Огромная дыра в груди, образовавшаяся, когда ушел Эдвард, вновь раскроется и края её запульсируют нестерпимой болью. И захочется выть от тоски, в надежде, что вместе с надсадными звуками, рвущимися из груди, уйдет хоть немного боли, и можно будет дышать. А ночью придут кошмары…
Я уже боялась этого вечера. И невольно прикидывала, как бы избежать страшного приступа хандры. Просить Чарли остаться было бы чересчур эгоистично. Он и так натерпелся за последние несколько месяцев. А если все-таки попросить, то отец мигом сообразит, что дела мои вовсе не так хороши, как он рассчитывал, и снова попытается отправить к Рене в Джексонвиль. А мне не хотелось. Ни уезжать из Форкса не хотелось, ни спорить с Чарли по этому поводу.
Значит, как средство спасения, шеф Свон отпадал. Была, правда еще одна возможность…