Лину последовательно окатило холодной, затем горячей волной, голубое сияние ледяной коркой сковало тело, а в висках нестерпимо заломило. Когда онемение отпустило, она осторожно ощупала раскалывающуюся от боли голову, и, сделав пару неуверенных шагов, схватила алхимика за камзол.
— Я вам не подопытный кролик, мастер!! — неожиданно зло прошипела она.
— Ничего, главное — результат, — флегматично отозвался эльф, брезгливо отрывая ее руки. — А теперь — приодеться, не то моя репутация окончательно упадет.
Пожелав, чтобы у него упало кое-что другое, Лина вдруг поняла, что незнакомые шипящие слова темного наречия легко и уверенно всплывают из глубин разума и ложатся на язык. На мгновение остолбенела, затем продолжила:
— Экспериментатор подземельный, алхимик недоделанный…
Удовлетворенно кивнув, дроу, не слушая продолжения велел следовать за ним.
Глава 5
Несколько дней спустя, Линара Эйден смотрела в темное посеребренное зеркало не без удовольствия, решив, что выглядит гораздо лучше прежнего. Конечно, из зеркала на нее по-прежнему смотрела невысокая кареглазая девчонка, но в черном с серебром одеянии без рукавов, именуемом почему-то камзолом, с разрезами по бокам и воротником — стоечкой отражение выглядело гораздо внушительнее. Темно — синяя просторная рубашка, штаны в обтяжку и короткие кожаные сапожки довершали образ. И сумка через плечо в том же ненавязчиво элегантном стиле.
Мужская одежда все же удобнее. А то видела она здешние моды. Серебристые, золотистые и прочих непонятных цветов одеяния, соединенные сложной системой цепочек, колечек и браслетиков. И как эти жертвы моды изящно семенили по улицам, Лина тоже видела. Впрочем, эльфийкам шло, но себя она категорически не представляла в подобном. Можно быть уверенной, на первом же шаге запутается и вовсе не элегантно шмякнется на камни.